5 лет назад
случилась грандиозная московская жара. Леса полыхали по всей России, а в
августе гарь и смог добрались до Москвы. Кто смог уехать из города подальше –
уехал. Кто-то, наоборот, не вовремя вернулся из отпуска. Кто-то аномальную жару
не пережил вовсе. Смертность тогда резко подскочила. В жж ещё была такая шутка:
"Какой-то слишком скучный сценарий для апокалипсиса. Кино как обычно обмануло".
По
фотографиям из августа 2010 года кажется, что город вымер. На столичных улицах
людей почти не было. Редкие машины, народ выползал подышать воздухом только в
конце дня. В блогах народ делился способами выживания. Например, такими: "Душ
сушит кожу, если есть возможность, лучше наливать ванну чуть теплой водой и
полностью в нее погружаться. Чаще увлажняйте голову. В идеале, волосы постоянно
должны быть немного влажными. После каждого выхода на улицу
умывайтесь, промывайте глаза и полощите горло водой". Кто-то носил защитные
маски, кому-то помогали мокрые повязки на голове или на шее. Офисные клерки оставляли
брюки и рубашки на работе, а по улице ходили в шортах и майках.
Удивительно,
но в это время била ключом общественная жизнь. Из добровольцев собирались
противопожарные отряды. Волонтеры выезжали помогать погорельцам. Это всё были
опасные и героические предприятия. Видимость на дорогах была отвратительной, и
риск аварий возрастал многократно. Даже в междугородных областных автобусах
пассажиров обязывали пристегиваться. Никогда такого не было ни до, ни после.
В то же время
шла последняя битва за Химкинский лес. Строители трассы Москва-Петербург начали
особенно активно вырубать лес, протесты против этого достигли точки кипения.
Полиция не церемонилась с активистами: их задерживали и даже сажали. Но и в
самые жаркие дни протест не прекращался. Когда жара закончилась и пришло время
осмыслить пережитое, в номере о летних пожарах главный московский журнал тех лет
"Большой город" (под редакцией Филиппа Дзядко) поместил интервью с защитницей Химкинского леса Евгенией Чириковой.
![]() |
Большой город. 2010. № 15 |
Для Москвы
жара 2010 года имеет важное символическое значение. Есть замечательное фото,
где московский смог поглощает аттракционы парка Горького.
![]() |
источник фото: will-h.livejournal.com |
Кажется, смог скоро
рассеется, и все эти карусели из девяностых исчезнут вместе с ним. Так в итоге
и получилось, хоть и не сразу. Когда смог рассеялся, в отставку отправили мэра
Лужкова. Жара и гарь тому причиной не были, просто "многолетнее политическое
сверхчутье и демонстративный популизм вдруг внезапно изменили Лужкову". А
последнее его мероприятие на посту мэра, которое теперь всплывает в памяти –
это эвакуация собственных пчел подальше от лесных пожаров.
В этом смысле
аномальную жару средневековые летописцы с точки зрения Высшего Промысла могли
бы трактовать как символ перерождения: закат "Москвы лужковской", появление
"Москвы хипстерской". Эстетика, безусловно, поменялась. Жаль, что не произошло
других качественных сдвигов. И Химкинский лес тоже жаль. Трассу
Москва-Петербург всё же построили.
Комментариев нет:
Отправить комментарий